Правда о ВОВ, которую мало кто знает. Начало Великой Отечественной войны: мифы и правда

Арсен Мартиросян: Заговор военных 1937-1938 годов не был выкорчеван до конца

Гитлер, действительно, не переводил германскую промышленность и индустрию оккупированных Третьим рейхом европейских государств на военные рельсы. Поступили проще - ограбили оккупированные страны. Например, только из Франции вывезли 5 тысяч паровозов, более 5 млн. тонн сырой нефти, сотни тысяч тонн ГСМ, огромное количество танков, автомашин, различных иных, имеющих военное назначение, материалов. Колоссальную роль сыграли и поставки оружия, техники и боеприпасов из оккупированной Чехословакии. Собственно говоря, Запад потому и сдал ее Гитлеру, чтобы тот сумел быстрее и как можно лучше подготовиться к нападению на СССР. В то время ВПК Чехословакии был одним из крупнейших производителей вооружений, обеспечивая своими поставками более 40% мирового рынка.

По расчетам Гитлера и его генералов, на блицкриг награбленного должно было хватить. Ведь как удалось документально установить советской разведке, уже на пятый день агрессии нацисты запланировали взятие Минска! Приграничную группировку РККА планировалось разгромить в течение недели, а через пару месяцев - «парад победы» Третьего рейха в Москве. Увы, немалая часть этих планов была реализована.

—Но ведь согласно официальной истории, о директиве №21 узнали чуть ли не в день ее подписания…

— Да, узнали, но не сразу. Первая информации о том, что Гитлер принял некий план агрессии, действительно, поступила в самом конце декабря 1940 года. Далее разведка приложила колоссальные усилия для того, чтобы детализировать эти сведения. Были установлены основные направления ударов, численность, боевой состав, стратегия и тактика действий вермахта, многое другое. А в промежутке с 11 июня по 21 июня 1941 года советские разведслужбы смогли 47 раз либо относительно точно, либо абсолютно достоверно назвать дату и даже час начала агрессии. Почему только в этом промежутке? Потому, что дата 22 июня появилась на бумаге только 10 июня в виде директивы начальника Генерального штаба Франца Гальдера.

—Согласно версии «либеральных» историков, Сталин не верил этой информации… Даже матерную «резолюцию» на донесении разведки написал.

—Сталин верил информации разведки, но только проверенной и многократно перепроверенной. А матерная резолюция - не более, чем топорно изготовленная фальшивка. Собственно, это давно уже документально подтверждено.

Вопросы войны и мира не предполагают резких движений и поспешных решений. Слишком многое стоит на кону. Опираясь именно на проверенную информацию разведки, Сталин отдал приказ о приведении войск Первого стратегического эшелона в боевую готовность еще 18 июня 1941 года. А до этого на протяжении более чем месяца военных неоднократно предупреждали о скором начале агрессии Германии. Москва слала соответствующие директивы, было санкционировано выдвижение войск из внутренних округов и многое другое. В общем, делали все, чтобы устроить агрессору «достойную встречу».

Но командование на местах выполняло далеко не все приказы, либо делало это крайне халатно, что для военных означает преступление. А ведь были и факты прямого предательства, например, в виде прямой отмены боевой готовности, в частности, в ВВС - непосредственно за день до нападения. Хотя уже точно знали, что оно будет.

Хуже того. Когда война уже шла несколько часов, немцы бомбили наши города, убивали советских людей, обстреливали позиции РККА, командующий Киевским особым военным округом генерал Михаил Кирпонос запрещал приведение войск в боевую готовность до середины дня 22 июня. А потом сделал все возможное, чтобы разразилась катастрофа Юго-Западного фронта в виде трагедии «Киевского котла».

— Генерал Кирпонос потом героически погиб…

— Больше похоже на то, что его попросту «героически шлепнули». Есть протокол опознания его тела, составленный в ноябре 1943 года, он был опубликован еще в советское время. Согласно официальной «героической» версии, труп генерала, павшего в неравной схватке с фашистами, с которого сняли знаки различия, ордена, медали и забрали все документы, бросили где-то в лесу, закидав ветками и листьями. А через пару лет «ответственные товарищи» почему-то моментально опознали совершенно разложившиеся за два года останки…

Но вроде бы «заговор военных» ликвидировали еще в 1937 году?..

В 1937-1938 годах ликвидировали лишь видимую верхушку, а до второго и третьего эшелона заговорщиков не докопались. По соображениям государственной безопасности Сталин вынужден был жестко пресечь развязанную Ежовым вакханалию репрессий, в том числе и против военных.

Идея государственного переворота в СССР на фоне военного поражения разрабатывалась в высших армейских кругах Советского Союза с 1926 года. В 1935 году на стол Сталина лег доклад ГРУ, в котором был четко расписан этот сценарий. Затем и НКВД представил соответствующие доказательства. Потому-то и последовал 1937 год.

В июне 1941-го был реализован сценарий, задуманный еще за пять дет до этого. «План поражения СССР в войне с Германией», составленный Тухачевским и его подельниками - его арестованный маршал в 1937 году изложил уже на Лубянке на 143 страницах ровным почерком. Однако ранее, в сентябре 1936-го, Иероним Уборевич отвез этот план в Германию. Получив его, немцы поздней осенью того же года провели командно-штабную игру на картах, где Минск захватили на пятый день пока еще «виртуальной» агрессии.

—Наши узнали об этой игре?

— Да. 10 февраля 1937 года о ее результатах было доложено Сталину. А в 1939-м в руки советской разведки попал один из участников той игры - русский эмигрант, штабс-капитан царской армии, граф Александр Нелидов. С ним работала выдающаяся советская разведчица Зоя Воскресенская. И он тоже подтвердил, что во время игры гитлеровцы захватили Минск на пятый день. А в мае 1941 года агент советской разведки, член «Красной капеллы» Йон Зиг, являвшийся одним из руководителей берлинского железнодорожного узла, предоставил в распоряжение советской разведки запечатанное письменное предписание верховного командования вермахта — на пятый день с начала боевых действий против СССР возглавить уже Минский железнодорожный узел.

—Сталину об этом доложили?

Почему военачальники сдавали свою страну врагу? Ведь советский генералитет тогда уже пользовался всеми благами жизни.

Хотели большего - получить в личное пользование отрезанное от расчлененной России-СССР «удельное княжество». Глупцы, они не понимали, что никто им ничего не даст. Предателей никто не любит, их участь всегда предрешена.

— Можно вкратце о «плане Тухачевского» и о том, как он был реализован в июне 1941-го?

— Тухачевский предлагал развертывать основные группировки армий прикрытия с учетом расположения приграничных укрепленных районов, так, чтобы они занимали фланговое положение по отношению к тем направлениям, где наиболее вероятны удары противника. По его концепции, приграничное сражение должно принять затяжной характер и продолжаться несколько недель. Однако малейший внезапный удар, тем более нанесенный сконцентрированными на узком участке фронта прорыва силами, автоматически приводил к кровавой трагедии. Именно это и произошло 22 июня 1941 года.

Хуже того. Как и Тухачевский, высшее командование РККА в лице образовавшейся там «киевской мафии» упорно протаскивало идею о том, что для германского Генштаба наиболее вероятное направление главного удара — Украинское. То есть начисто отрицался исторически сложившийся основной маршрут всех агрессоров с Запада — Белорусский. Тимошенко с Жуковым полностью игнорировали Белоруссию как направление главного удара. Точно так же, как и Тухачевский, который еще в своих письменных показаниях на Лубянке указал, что Белорусское направление вообще фантастика.

Проще говоря, точно зная, где и какими силами нападут немцы, и даже надеясь, что немцы не передумают наносить свой главный удар по Белоруссии и Прибалтике, Тимошенко и Жуков усердно вводили в заблуждение Сталина по этому поводу. Оба уперто доказывали Сталину, что главные силы немцев выступят против Украины и поэтому и РККА надо держать там свои главные силы. Даже после войны упорно твердили об этом.

22 июня трагедия произошла точно по предательскому сценарию. Дивизии, корпуса и армии вынудили занимать такие по протяженности линии обороны, которые в десятки, сотни и тысячи раз превышали их возможности. На дивизию приходилось от 30 до 50-60 км линии обороны, хотя по Уставу полагалось не более 8-10 км. Доходило до микроскопических 0,1 бойца (и более) на 1 метр линии фронта, хотя заранее было известно, что гитлеровцы попрут с плотностью до 4,42 пехотинцы на метр линии прорыва. Проще говоря, одна наша дивизия должна была противостоять как минимум пяти, а то и большему количеству дивизий противника. В результате гитлеровцам в прямом смысле слова «из воздуха» было предоставлено невиданное стратегическое превосходство. И это не говоря уже о том, что в системе нашей обороны вообще организовали откровенные дыры. Наибольшая - 105 км - в Западном округе.

Точно так же была запланирована и противотанковая оборона. Всего 3-5 стволов на 1 км, хотя было прекрасно известно, что даже согласно уставу Панцерваффе в прорыв они пойдут с плотностью 20-25 машин на километр. А на самом деле в момент начала агрессии было 30-50 танков на 1 км в зависимости от участка фронта прорыва, и этими данными Генштаб РККА располагал.

То, что натворили Тимошенко (кстати, выдвиженец Тухачевского) и Жуков (пользовался особой благосклонностью Уборевича), первый впоследствии обозвал «безграмотным сценарием вступления в войну». На самом же деле это был незаконный, ни с кем не согласованный, преступный план якобы отражения агрессии.

Какой именно план обороны был у нашей страны до того, как в ход пошла разработка Тухачевского? И существовал ли он?

—Конечно существовал, его просто «подменили». Официально одобренный советским правительством 14 октября 1940 года план отражения агрессии Германии предписывал сдержать и отразить первый удар агрессора активной обороной и активными действиями по сковыванию действий противника. Причем центральное внимание уделялось псковско-минскому направлению. Т.е. главные силы немцев ожидались севернее Полесья, в Белоруссии и Прибалтике, и там же должны были быть и наши главные силы.

Под прикрытием активной обороны должно было быть осуществлено отмобилизование и сосредоточение основных сил. А затем, и только при наличии благоприятных условий (!), мог быть осуществлён переход в решительное контрнаступление на врага. Причем в зависимости от варианта развертывания - их было два, южный и северный - переход в это самое контрнаступление был возможен не ранее чем на 15-й или 30-й день с начала мобилизации. Но никак не немедленное встречно-лобовое контрнаступление нашими главными силами на Украине против неосновных сил противника - по союзникам Германии, которое устроили Жуков и Тимошенко, загубив практически всю приграничную группировку РККА. Особенно танковые войска, прежде всего, на Юго-Западном фронте.

В результате их действий, особенно с учетом выдвижения мобскладов к границе, в первые же дни войны РККА потеряла 6 млн. винтовок из 8 млн. имевшихся к ее началу, миллионы снарядов всех калибров, десятки тысяч тонн продовольствия, ГСМ, …

Поэтому и образовался дефицит вооружения, боеприпасов и всего прочего?

— Именно, но об этом до сих пор предпочитают помалкивать. Помните, у Константина Симонова в «Живых и мертвых» старый рабочий Попков, сожалея, что не все у РККА есть, говорит: «Да, я бы на самый крайний случай и эту квартиру отдал, в одной комнате прожил, я бы на восьмушке хлеба, на баланде, как в Гражданскую, жил, только бы у Красной армии все было…». Рабочий, как, впрочем, и сам Симонов, не знал, что же на самом деле произошло, почему образовался такой невероятный дефицит всего и вся. И сегодня это мало кто знает. Скрывают.

Хуже того. Прямо накануне войны, когда уже началось выдвижение войск к границе, затеяли учения для артиллерии. Зенитную и противотанковую артиллерии отвели далеко в тыл, а тяжелую, наоборот, на близкие к границе полигоны. Обороняющаяся группировка осталась без прикрытия с воздуха и совершенно беззащитной против танков, а тяжелую артиллерию, фактически, пришлось воссоздавать - ее мгновенно захватили немцы. Мало того. Прямо накануне войны артиллерию в самом прямом смысле слова ослепили, то есть сняли все оптические приборы в отдельных гаубичных полках в Прибалтике и Белоруссии, без которых она работать не может, и отправили их «в ремонт». А заодно обездвижили под предлогом замены гужевого транспорта на механический - лошадей забрали, а тягачей не дали.

В частях ВВС, особенно в Западном округе, прямо накануне войны отменили боевую готовность и летчикам разрешили отдыхать. Даже отпуска разрешили! Авиация передового базирования стояла как на параде, точнее, как отличная мишень. Во многих частях ВВС вечером 21 июня приказали снять вооружение и слить топливо. Вы никогда не задумывались, почему счет геройских поступков наши летчики начали именно с таранов? Да потому, что на их самолетах не было оружия, пушки и пулеметы перед началом войны демонтировали. Якобы для проверки. И простые русские мужики шли на таран, чтобы остановить врага…

—Неужели люди это не видели?

—Видели, говорили, писали, опротестовывая решения вышестоящего командования как крайне опасные. А после того, как случилась трагедия, открыто обвинили командование в предательстве. Эта мысль овладела ВСЕЙ армией. С колоссальным трудом удалось заглушить эту эпидемию недоверия, ведь надо было воевать. Кое-кого Сталину пришлось для этого оперативно поставить к стенке. Например, до сих пор стоит «плач Ярославны» демократов и антисталинистов по поводу того, что-де невинных генералов ВВС расстреляли в массовом порядке. А что, они не должны были ответить за свое предательство, выразившееся в отмене боевой готовности прямо накануне войны, когда официально с санкции Сталина уже была объявлена боевая готовность высшим командованием? Ведь наземные войска-то остались без авиационного прикрытия, и сколько их погибло только из-за этого - не никто не считал …

Генштаб возглавлял Георгий Жуков. Что, и он тоже?… Ведь будущий «маршал Победы» в том же декабре 1940 года в ходе оперативно-стратегических игр на картах, играя за немцев, разбил обороняющегося командующего войсками Западного особого военного округа Дмитрия Павлова.
—Не было такого, это очередная ложь, которую вбросили в массы, в том числе и посредством кинематографа, в известнейшем фильме Юрия Озерова. А в действительности оборонявшийся Павлов, действуя в рамках «официальной» оборонительной стратегии, разработанной Борисом Шапошниковым, выиграл у Жукова. То есть отбил нападение «немцев».

Описывающие ход той игры документы более 20 лет назад рассекретили и теперь они доступны, и каждый может убедиться в том, что тогда произошло на самом деле.

Мы выстояли, победили. Что же получается, предатели «перевоспитались» и стали защитниками Родины?

—Выстоял и победил, прежде всего, Его Величество Советский РУССКИЙ СОЛДАТ вместе со своими адекватно мыслившими и действовавшими офицерами, сражавшимися под командованием Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина — выдающегося государственного деятеля, геополитика, стратега и дипломата, блестящего организатора и хозяйственника.

И он не забыл того, что натворили генералы, об этом свидетельствует начатое им специальное расследование причин катастрофы 22 июня (комиссия генерала Покровского).

Вот знаменитые пять вопросов, которые генерал-полковник Александр Покровский задавал своим «подопечным»:
Был ли доведен до войск в части, их касающейся, план обороны государственной границы; когда и что было сделано командованием и штабами по обеспечению выполнения этого плана?
С какого времени и на основании какого распоряжения войска прикрытия начали выход на государственную границу и какое количество из них было развернуто до начала боевых действий?
Когда было получено распоряжение о приведении войск в боевую готовность в связи с ожидавшимся нападением фашистской Германии с утра 22 июня?
Почему большая часть артиллерии находилась в учебных центрах?
Насколько штабы были готовы к управлению войсками, и в какой степени это отразилось на ходе ведения операций первых дней войны?

Не правда ли, любопытные вопросы? Особенно в свете того, о чем мы говорили. К сожалению, расследование до конца тогда не довели. Кто-то сделал всё, чтобы дело «спустили на тормозах».

Со времени тех событий прошло три четверти века. Стоит ли ворошить прошлое, разоблачать предателей, которые давно умерли?

Мартиросян: Стоит. И дело даже не в конкретных фамилиях. Дело в исторической справедливости, в честности. Сталин сделал Жукова символом Победы. Потому, что глубоко уважал русский народ и понимал, что ему пришлось вынести в ходе этой войны. Хотя сам прекрасно знал, что подлинным Суворовым Красной Армии, воистину Великим Маршалом Великой Победы, блистательнейшим полководцем, был умнейший и благородный Константин Рокоссовский. Но государствообразующему в СССР народу - Великому Русскому Народу - был нужен свой символ. Вот Жуков и стал им, потому как Рокоссовского «подвела» пятая графа - поляк он был.

Но как «маршал Победы» отблагодарил Сталина? Письмом на имя Хрущева от 19 мая 1956 года, в котором так облил грязью и оболгал своего Верховного Главнокомандующего, что даже пресловутый троцкист-кукурузник не выдержал и вскоре выгнал Жукова с поста министра обороны.

Сталина не предали только два маршала - Рокоссовский и создатель советской авиации дальнего действия маршал Александр Голованов. Остальные всю вину за 22 июня свалили на вождя. Как будто они ни при чем. Про то, что Жуков и вовсе предлагал сдать супостатам Москву, как-то не принято вспоминать…

Нынешнее поколение должно знать о той войне ВѨ. Ведь ему внушают, что наши отцы, деды и прадеды были никудышными защитниками Родины, что они миллионами и по доброй воле сдавались в плен, а оружия «злобные коммунисты» им не давали. Многие уже искренне верят, что это Сталин виновен в трагедии 22 июня - он-де не внял предостережениям мудрого Жукова. Мифов развелось великое множество, в том числе посеянных иностранными разведками.

На алтарь Великой Победы советский народ положил 27 миллионов полных сил и светлых помыслов жизней наших с Вами соотечественников. И об этом нельзя забывать. Потому-то мы обязаны знать все, как бы ни была горька эта правда. Иначе ничему не научимся. Мы должны ясно понимать, с кем пришлось сразиться нашим славным предкам.

на книгу воспоминаний Николая Николаевича Никулина - научного сотрудника Эрмитажа, бывшего фонтовика. Настоятельно рекомендую всем тем, кто искренне хочет знать правду об Отечественной войне, познакомиться с ней.
На мой взгляд - это уникальное произведение, подобных ей трудно найти в военных библиотеках. Оно замечательно не только литературными достоинствами, о которых я, не будучи литературоведом, не могу объективно судить, сколько точными до натурализма описаниями военных событий, раскрывающими отвратительную сущность войны с ее зверской бесчеловечностью, грязью, бессмысленной жестокостью, преступным небрежением к жизни людей командующими всех рангов от комбатов до верховного главнокомандующего. Это - документ для тех историков, которые изучают не только передвижения войск на театрах военных действий, но интересуются и морально-гуманистическими аспектами войны.

По уровню достоверности и искренности изложения могу лишь сравнить ее с воспоминаниями Шумилина «Ванька ротный».
Читать ее так же тяжело, как смотреть на изуродованный труп человека, только что стоявшего рядом…
У меня при чтении этой книги память непроизвольно восстанавливала почти забытые аналогичные картины прошедшего.
Никулин «хлебнул» на войне несоизмеримо больше, чем я, пережив ее от начала и до конца, побывав на одном из самых кровавых участков фронта: в тихвинских болотах, где наши «славные стратеги» уложили не одну армию, включая 2-ю Ударную... И все же осмелюсь заметить, что многие его переживания и ощущения очень сходны с моими.
Некоторые высказывания Николая Николаевича побудили меня их прокомментировать, что я и делаю ниже, приводя цитаты из книги.
Главный вопрос, явно или неявно встающий при чтении книг о войне - что заставляло роты, батальоны и полки безропотно идти навстречу почти неизбежной смерти, подчиняясь иногда даже преступным приказам командиров? В многочисленных томах ура-патриотической литературы это объясняется элементарно просто: воодушевленные любовью к своей социалистической родине и ненавистью к вероломному врагу, они были готовы отдать жизнь за победу над ним и единодушно поднимались в атаку по призыву «Ура! За Родину, за Сталина!»

Н.Н. Никулин:

«Почему же шли на смерть, хотя ясно понимали ее неизбежность? Почему же шли, хотя и не хотели? Шли, не просто страшась смерти, а охваченные ужасом, и все же шли! Раздумывать и обосновывать свои поступки тогда не приходилось. Было не до того. Просто вставали и шли, потому что НАДО!
Вежливо выслушивали напутствие политруков — малограмотное переложение дубовых и пустых газетных передовиц — и шли. Вовсе не воодушевленные какими-то идеями или лозунгами, а потому, что НАДО. Так, видимо, ходили умирать и предки наши на Куликовом поле либо под Бородином. Вряд ли размышляли они об исторических перспективах и величии нашего народа... Выйдя на нейтральную полосу, вовсе не кричали «За Родину! За Сталина!», как пишут в романах. Над передовой слышен был хриплый вой и густая матерная брань, пока пули и осколки не затыкали орущие глотки. До Сталина ли было, когда смерть рядом. Откуда же сейчас, в шестидесятые годы, опять возник миф, что победили только благодаря Сталину, под знаменем Сталина? У меня на этот счет нет сомнений. Те, кто победил, либо полегли на поле боя, либо спились, подавленные послевоенными тяготами. Ведь не только война, но и восстановление страны прошло за их счет. Те же из них, кто еще жив, молчат, сломленные.
Остались у власти и сохранили силы другие — те, кто загонял людей в лагеря, те, кто гнал в бессмысленные кровавые атаки на войне. Они действовали именем Сталина, они и сейчас кричат об этом. Не было на передовой: «За Сталина!». Комиссары пытались вбить это в наши головы, но в атаках комиссаров не было. Все это накипь...»

И я вспоминаю.

В октябре 1943 года нашу 4-ю гвардейскую кавалерийскую дивизию срочно выдвинули на передовую с тем, чтобы закрыть образовавшуюся брешь после попытки неудачного прорыва фронта пехотой. Примерно неделю дивизия держала оборону в районе белорусского города Хойники. Я в то время работал на дивизионной радиостанции «РСБ-Ф» и об интенсивности боевых действий мог судить только по числу едущих на бричках и идущих пешком в тыл раненых.
Принимаю радиограмму. После длинного шифра-цифири открытым текстом слова «Смена белья». Кодированный текст уйдет к шифровальщику штаба, а эти слова предназначены корпусным радистом мне, принимающему радиограмму. Они означают, что нам на смену идёт пехота.
И действительно, мимо рации, стоящей на обочине лесной дороги, уже шли стрелковые части. Это была какая-то изрядно потрепанная в боях дивизия, отведенная с фронта на непродолжительный отдых и пополнение. Не соблюдая строя шли солдаты с подвернутыми под ремень полами шинелей (была осенняя распутица), казавшиеся горбатыми из-за накинутых поверх вещмешков плащ-палаток.
Меня поразил их понурый, обреченный вид. Я понял, через час-другой они будут уже на переднем крае…

Пишет Н.Н. Никулин:

«Шум, грохот, скрежет, вой, бабаханье, уханье — адский концерт. А по дороге, в серой мгле рассвета, бредет на передовую пехота. Ряд за рядом, полк за полком. Безликие, увешанные оружием, укрытые горбатыми плащ-палатками фигуры. Медленно, но неотвратимо шагали они вперед, к собственной гибели. Поколение, уходящее в вечность. В этой картине было столько обобщающего смысла, столько апокалиптического ужаса, что мы остро ощутили непрочность бытия, безжалостную поступь истории. Мы почувствовали себя жалкими мотыльками, которым суждено сгореть без следа в адском огне войны.»

Тупая покорность и сознательная обреченность советских солдат, атакующих недоступные для фронтального штурма укрепленные позиции поражали даже наших противников. Никулин приводит рассказ немецкого ветерана, сражавшегося на том же участке фронта, но с другой его стороны.

Некий господин Эрвин X., с которым он встретился в Баварии, рассказывает:

—Что за странный народ? Мы наложили под Синявино вал из трупов высотою около двух метров, а они все лезут и лезут под пули, карабкаясь через мертвецов, а мы все бьем и бьем, а они все лезут и лезут... А какие грязные были пленные! Сопливые мальчишки плачут, а хлеб у них в мешках отвратительный, есть невозможно!
А что делали ваши в Курляндии? — продолжает он. — Однажды массы русских войск пошли в атаку. Но их встретили дружным огнем пулеметов и противотанковых орудий. Оставшиеся в живых стали откатываться назад. Но тут из русских траншей ударили десятки пулеметов и противотанковые пушки. Мы видели, как метались, погибая, на нейтральной полосе толпы ваших обезумевших от ужаса солдат!

Это - о заградотрядах.

В дискуссии на военно-историческом форуме «ВИФ-2 NE » не кто иной, как сам В. Карпов - герой Советского Союза, в прошлом ЗЕК, штрафник-разведчик, автор известных биографических романов о полководцах, заявил, что не было и не могло быть случаев расстрела заградотрядами отступающих красноармейцев. «Да мы бы сами их постреляли», заявил он. Мне пришлось возразить, несмотря на высокий авторитет писателя, сославшись на свою встречу с этими вояками по пути в медсанэскадрон. В результате получил немало оскорбительных замечаний. Можно найти немало свидетельств о том, как мужественно воевали войска НКВД на фронтах. Но об их деятельности в качестве заградотрядов, встречать не приходилось.
В комментариях к моим высказываниям и в гостевой книге моего сайта (http :// ldb 1. narod . ru ) часто встречаются слова о том, что ветераны - родственники авторов комментариев категорически отказываются вспоминать о своем участии в войне и, тем более, писать об этом. Я думаю, книга Н.Н. Никулина объясняет это достаточно убедительно.
На сайте Артема Драбкина «Я помню» (www.iremember.ru ) огромная коллекция мемуаров участников войны. Но крайне редко встречаются искренние рассказы о том, что переживал солдат-окопник на переднем крае на грани жизни и неизбежной, как ему казалось, смерти.
В 60-х годах прошлого века, когда писал свою книгу Н.Н. Никулин, в памяти солдат, чудом оставшихся в числе живых после пребывания на переднем крае фронта, пережитое еще было столь же свежим, как открытая рана. Естественно, вспоминать об этом было больно. И я, к кому судьба была более милостива, смог принудить себя взяться за перо лишь в 1999 году.

Н.Н. Никулин:

«Мемуары, мемуары... Кто их пишет? Какие мемуары могут быть у тех, кто воевал на самом деле? У летчиков, танкистов и прежде всего у пехотинцев?
Ранение — смерть, ранение — смерть, ранение — смерть и все! Иного не было. Мемуары пишут те, кто был около войны. Во втором эшелоне, в штабе. Либо продажные писаки, выражавшие официальную точку зрения, согласно которой мы бодро побеждали, а злые фашисты тысячами падали, сраженные нашим метким огнем. Симонов, «честный писатель», что он видел? Его покатали на подводной лодке, разок он сходил в атаку с пехотой, разок — с разведчиками, поглядел на артподготовку — и вот уже он «все увидел» и «все испытал»! (Другие, правда, и этого не видели.)
Писал с апломбом, и все это — прикрашенное вранье. А шолоховское «Они сражались за Родину» — просто агитка! О мелких шавках и говорить не приходится.»

В рассказах настоящих фронтовиков-окопников нередко звучит ярко выраженная неприязнь, граничащая с враждебностью, к обитателям различных штабов и тыловых служб. Это читается и у Никулина и у Шумилина, презрительно называвшего их «полковые».

Никулин:

«Поразительная разница существует между передовой, где льется кровь, где страдание, где смерть, где не поднять головы под пулями и осколками, где голод и страх, непосильная работа, жара летом, мороз зимой, где и жить-то невозможно, — и тылами. Здесь, в тылу, другой мир. Здесь находится начальство, здесь штабы, стоят тяжелые орудия, расположены склады, медсанбаты. Изредка сюда долетают снаряды или сбросит бомбу самолет. Убитые и раненые тут редкость. Не война, а курорт! Те, кто на передовой — не жильцы. Они обречены. Спасение им — лишь ранение. Те, кто в тылу, останутся живы, если их не переведут вперед, когда иссякнут ряды наступающих. Они останутся живы, вернутся домой и со временем составят основу организаций ветеранов. Отрастят животы, обзаведутся лысинами, украсят грудь памятными медалями, орденами и будут рассказывать, как геройски они воевали, как разгромили Гитлера. И сами в это уверуют!
Они-то и похоронят светлую память о тех, кто погиб и кто действительно воевал! Они представят войну, о которой сами мало что знают, в романтическом ореоле. Как все было хорошо, как прекрасно! Какие мы герои! И то, что война — ужас, смерть, голод, подлость, подлость и подлость, отойдет на второй план. Настоящие же фронтовики, которых осталось полтора человека, да и те чокнутые, порченые, будут молчать в тряпочку. А начальство, которое тоже в значительной мере останется в живых, погрязнет в склоках: кто воевал хорошо, кто плохо, а вот если бы меня послушали!»

Жестокие слова, но во многом оправданы. Пришлось мне некоторое время послужить при штабе дивизии в эскадроне связи, насмотрелся на франтоватых штабных офицеров. Не исключено, что из-за конфликта с одним из них я был отправлен во взвод связи 11-го кавалерийского полка (http://ldb1.narod.ru/simple39_.html )
Мне уже приходилось высказываться на очень болезненную тему о страшной судьбе женщин на войне. И опять это обернулось мне оскорблениями: молодые родственники воевавших мам и бабушек посчитали, что я надругался над их военными заслугами.
Когда еще до ухода на фронт я видел, как, под влиянием мощной пропаганды юные девушки с энтузиазмом записывались на курсы радистов, медсестер или снайперов, а затем уже на фронте - как им приходилось расставаться с иллюзиями и девичьей гордостью, мне, неискушенному в жизни мальчишке было очень больно за них. Рекомендую роман М. Кононова «Голая пионерка», это о том же.

И вот что пишет Н.Н. Никулин.

««Не женское это дело — война. Спору нет, было много героинь, которых можно поставить в пример мужчинам. Но слишком жестоко заставлять женщин испытывать мучения фронта. И если бы только это! Тяжело им было в окружении мужиков. Голодным солдатам, правда, было не до баб, но начальство добивалось своего любыми средствами, от грубого нажима до самых изысканных ухаживаний. Среди множества кавалеров были удальцы на любой вкус: и спеть, и сплясать, и красно поговорить, а для образованных — почитать Блока или Лермонтова... И ехали девушки домой с прибавлением семейства. Кажется, это называлось на языке военных канцелярий «уехать по приказу 009». В нашей части из пятидесяти прибывших в 1942 году к концу войны осталось только два солдата прекрасного пола. Но «уехать по приказу 009» — это самый лучший выход.
Бывало хуже. Мне рассказывали, как некий полковник Волков выстраивал женское пополнение и, проходя вдоль строя, отбирал приглянувшихся ему красоток. Такие становились его ППЖ (Полевая передвижная жена. Аббревиатура ППЖ имела в солдатском лексиконе и другое значение. Так называли голодные и истощенные солдаты пустую, водянистую похлебку: «Прощай, половая жизнь»), а если сопротивлялись — на губу, в холодную землянку, на хлеб и воду! Потом крошка шла по рукам, доставалась разным помам и замам. В лучших азиатских традициях!»

Среди моих однополчан была замечательная отважная женщина санинструктор эскадрона Маша Самолетова. О ней у меня на сайте рассказ Марата Шпилёва «Её звали Москва». А на встрече ветеранов в Армавире я видел, как плакали солдаты, которых она вытащила с поля боя. Она пришла на фронт по комсомольскому призыву, оставив балет, где она начала работать. Но и она не устояла под напором армейских донжуанов, о чем сама мне рассказывала.

И последнее, о чем следует рассказать.

Н.Н. Никулин:

«Казалось, все испытано: смерть, голод, обстрелы, непосильная работа, холод. Так ведь нет! Было еще нечто очень страшное, почти раздавившее меня. Накануне перехода на территорию Рейха, в войска приехали агитаторы. Некоторые в больших чинах.
— Смерть за смерть!!! Кровь за кровь!!! Не забудем!!! Не простим!!! Отомстим!!! — и так далее...
До этого основательно постарался Эренбург, чьи трескучие, хлесткие статьи все читали: «Папа, убей немца!» И получился нацизм наоборот.
Правда, те безобразничали по плану: сеть гетто, сеть лагерей. Учет и составление списков награбленного. Реестр наказаний, плановые расстрелы и т. д. У нас все пошло стихийно, по-славянски. Бей, ребята, жги, глуши!
Порти ихних баб! Да еще перед наступлением обильно снабдили войска водкой. И пошло, и пошло! Пострадали, как всегда, невинные. Бонзы, как всегда, удрали... Без разбору жгли дома, убивали каких-то случайных старух, бесцельно расстреливали стада коров. Очень популярна была выдуманная кем-то шутка: «Сидит Иван около горящего дома. "Что ты делаешь?"- спрашивают его. "Да вот, портяночки надо было просушить, костерок развел"»... Трупы, трупы, трупы. Немцы, конечно, подонки, но зачем же уподобляться им? Армия унизила себя. Нация унизила себя. Это было самое страшное на войне. Трупы, трупы...
На вокзал города Алленштайн, который доблестная конница генерала Осликовского захватила неожиданно для противника, прибыло несколько эшелонов с немецкими беженцами. Они думали, что едут в свой тыл, а попали... Я видел результаты приема, который им оказали. Перроны вокзала были покрыты кучами распотрошенных чемоданов, узлов, баулов. Повсюду одежонка, детские вещи, распоротые подушки. Все это в лужах крови...

«Каждый имеет право послать раз в месяц посылку домой весом в двенадцать килограммов», — официально объявило начальство. И пошло, и пошло! Пьяный Иван врывался в бомбоубежище, трахал автоматом об стол и, страшно вылупив глаза, орал: «УРРРРР!( Uhr - часы) Гады!» Дрожащие немки несли со всех сторон часы, которые сгребали в «сидор» и уносили. Прославился один солдатик, который заставлял немку держать свечу (электричества не было), в то время, как он рылся в ее сундуках. Грабь! Хватай! Как эпидемия, эта напасть захлестнула всех... Потом уже опомнились, да поздно было: черт вылетел из бутылки. Добрые, ласковые русские мужики превратились в чудовищ. Они были страшны в одиночку, а в стаде стали такими, что и описать невозможно!»

Здесь, как говорится, комментарии излишни.

Скоро отметим замечательный народный праздник, День Победы. Он несет в себе не только радость в связи с годовщиной окончания страшной войны, унесшей каждого 8-го жителя нашей страны (в среднем!), но и слезы по не вернувшимся оттуда… Хотелось бы также помнить о непомерной цене, которую пришлось заплатить народу под «мудрым руководством» величайшего полководца всех времен и народов». Ведь забылось уже, что он наделил себя званием генералиссимуса и этим титулом!

В течение десятилетий правда о нацистско-большевистской войне 1941-1945 годов искажалась тоталитарным режимом СССР в Украине. И сегодня многие жители Славянска привыкли считать, что Германия вероломно напала на мирный Советский Союз. Но правда состоит в том, что Советский Союз вплоть до 22 июня 1941 года - был союзником нацистской Германии. - По-сути он был одной из стран Оси.

В то время как в 1940 году немецкие бомбы вовсю сыпались на Лондон и Париж, СССР поставлял нацистам нефть, зерно, медь, лес и другое необходимое немецкой военной промышленности сырье. В Мурманской области были созданы «Базы Норд» для германских военно-морских сил. Здесь же базировались немецкие корабли, топившие британские конвои в Северной Атлантике, а советские ледоколы проводили немецкие корабли через Северный Ледовитый в Тихий океан. Вы думаете это неправда потому что Вы не учили этого в школе? - Но это правда. Об этом говорят факты и документы .

Историк Виктор Суворов утверждает, что Сталин готовил так называемый "освободительный поход" Красной Армии в Европу чтобы воплотить в жизнь большевистскую идею о мировой революции. Но Гитлер напал первым.

Неоспорим исторический факт - 29 мая 1941 года вышел первый на первый взгляд странный русско-немецких разговорник тиражом в 6 миллионов экземпляров.

Второй тираж вышел уже 6 июня. Эти разговорники примечательны тем, что содержат фразы такого содержания: «Вам нечего бояться, скоро придет Красная Армия». Или: «Как называется эта река?».

Представляем Вашему вниманию РУССКО-НЕМЕЦКИЙ ВОЕННЫЙ РАЗГОВОРНИК (подписано к печати 29.5.41)

Краткие сведения о немецком произношении

Хальт! Хенде хох!

Вы не можете не знать!

Назовите номер вашего полка!

Приказано умереть

Штрафные батальоны в годы Великой Отечественной войны называли батальонами смертников. Выживших бойцов этих подразделений считали любимчиками Фортуны. Таких «любимчиков» и после войны осталось-то немного, а уж сейчас вообще по пальцам пересчитать... И тем важнее этот рассказ солдата из 15-го Отдельного штрафного батальона Михаила Аллера. Рассказ страшный и честный.

Увы, сам Аллер не дожил до этой публикации. Однако незадолго до смерти он не просто «исповедался» репортерам «МК», но и передал свои дневники для печати. В них вся правда о войне глазами обреченного.

Михаил Аллер - второй слева.

Штрафбат... Сюда попадали не только те, кто отбывал полученный еще до войны срок за грабежи и убийства. Здесь оказывались даже те, кто имел кристально чистую биографию «до» и геройски воевал «во время». Так случилось с Михаилом Абрамовичем Аллером. В 1942-м он штурмовал Зайцеву Гору, получил ранение, отбился от полка. Потом была встреча с бойцами Смерша, допросы, трибунал. Вердикт — 10 лет лишения свободы. Наказание заменили на 3 месяца штрафбата (больше там обычно никто не выживал).

ИЗ ДОСЬЕ "МК"

Среднемесячные потери личного состава штрафных частей составляли примерно 15 тысяч человек (при численности 27 тысяч). Это в 3-6 раз больше, чем общие среднемесячные потери личного состава в обычных войсках в тех же наступательных операциях.

А теперь с самого начала. Листаем дневник Аллера, который рассказывает, как он попал в штрафбат.

«Наша 58-я стрелковая дивизия воинскими эшелонами прибыла на станцию Дабужа Мосальского района Смоленской области 7 апреля 1942 года. На подходе к боевым позициям в лесу противник открыл артиллерийский и минометный огонь. Это было ужасное первое боевое крещение. По всему лесу раздавались стоны и крики о помощи. Еще не заняв боевых позиций, наш полк в первый день понес большие потери убитыми и ранеными».

Немецкий шестиствольный миномет «Небельверфер 41», прозванный нашими солдатами «Вонюша».

Ранняя весна внесла свои коррективы в планы наступления советских войск. Разбитые грязью дороги нарушили тыловое сообщение с передовыми частями, оставив их без продуктов питания и боеприпасов.

«Наступил голод. Мы стали поедать дохлых и убитых лошадей. Было ужасно противно есть эту конину без соли. Пили болотную воду и воду из луж растаявшего снега, где нередко лежали трупы. У нас были пробирки с таблетками хлора, но пить воду с хлором было еще противнее. Поэтому я пил воду без хлорки, с болотно-трупным душком. Человек ко всему рано или поздно привыкает, к этому тоже можно было привыкнуть. У многих появился кровавый понос. Я на ногах перенес гепатит, солдаты обратили внимание на то, что я пожелтел. От голода распухли ноги. Можно было все стерпеть: и обстрел из вражеских орудий, и пронизывающий человеческую душу вой «Юнкерсов» над твоей головой, и любую физическую боль от полученных ранений, и даже смерть, которая ходила за тобой по пятам, но голод... Его терпеть было невозможно».

Ни гужевой транспорт, ни гусеничная техника не в состоянии были преодолеть непролазную грязь. С передовой снимались тысячи бойцов и отправлялись в тыл за боеприпасами и продовольствием. Они на своих плечах доставляли на передний край снаряды и мины, ящики с патронами и гранатами. В холщовых мешках, которые перевязывались тугим узлом и перекидывались через плечо, была гречневая каша. 30-километровый отрезок смоленской земли от Зайцевой Горы до станции Дабужа был в те дни для 50-й армии своеобразной «Дорогой жизни».

«После нескольких таких атак мы заняли деревню Фомино-1. Вражеская авиация методично, квадрат за квадратом, обрабатывала не только наш «передок», но и второй эшелон и тыловые коммуникации. Особенно свирепствовали пикирующие бомбардировщики «Юнкерсы-87». Немецкие летчики на малой высоте нависали над нашими головами и на бреющем полете, почти в упор расстреливали нас. Однажды самолет пролетел надо мною так низко, что я смог разглядеть улыбку на лице немецкого пилота и цвет его волос — они были рыжие. Вдобавок немецкий летчик погрозил из кабины мне кулаком.

Там, под Фомином, я впервые увидел знаменитую «карусель» — это такой вид бомбардировочно-штурмового удара. На высоте около 1000 с небольшим метров «Юнкерсы» выстраивались в круг для бомбежки и поочередно с включенной сиреной пикировали на цель, затем, «отработав», один выходил из пике, другой заходил следом. Зрелище, с одной стороны, завораживающее, с другой — жуткое, если не сказать зловещее. Человек в этот момент становится настолько беспомощным и незащищенным, что, даже находясь в укрытии — не может себя чувствовать в безопасности. Кто хотя бы раз в своей жизни попадал под такую «карусель», тот по гроб жизни не забудет о ней».

Вся эвакуация раненых происходила только в ночное время суток, и любые попытки добраться до них днем были обречены. По этой причине многие умирали, так и не дождавшись помощи. Прицельный огонь не давал бойцам высунуть голову из окопов.

Наступило Первое мая. В честь знаменательной даты ночью на передовую бойцам доставили продуктовый набор: водку, краковскую колбасу (целый кружок), сухари и консервы. После раскисших от болотной влаги сухарей и горохового концентрата такая еда бойцам показалась каким-то чудесным подарком.

«В большой воронке от фугасной бомбы рядом с передним краем обороны я и несколько солдат собрались делить еду, при этом громко разговаривали. Может быть, мы были услышаны немцами. Вдруг со стороны немецких позиций раздался необычный рев. Вслед за этим загорелась земля, на некоторых солдатах загорелась одежда. Сразу немцы в полный рост пошли на нас в атаку и повели неприцельный автоматный огонь. Отстреливаясь на бегу, я дал команду отходить лощиной ближе к лесу...

Когда я очнулся от резкой боли, то почувствовал, что оторвана левая нога. Минометный огонь продолжался, и я очень хотел, чтобы еще одна мина добила меня. Я лежал в пяти-семи десятках метров от немецкой передовой, с которой доносилась немецкая речь и игра на губных гармошках. Я попытался напрячь все свои оставшиеся силы, чтобы посмотреть на оторванную ногу. К удивлению, я обнаружил, что она была цела, но стала почему-то короче. Как потом выяснится, я получил закрытый перелом левого бедра и многочисленные осколочные ранения».

От смерти Михаила Аллера спас его сослуживец, помощник командира взвода сержант Иванов, как выяснилось, в прошлом уголовник. Благодаря своему напористому характеру и автомату (!) он добился, чтобы ему были выделены санитары для эвакуации раненого товарища.

«В Ульяновском госпитале выяснилось, что кости бедра неправильно срослись за то время, что меня перевозили. Эфирный наркоз (в то время других наркозов не было) на меня не подействовал. Помучившись со мной, главный хирург решил сверлить ногу для установки спицы без наркоза. Даже у медицинской сестры я увидел на глазах слезы. Студентка последнего курса медицинского института по имени Маша пыталась облегчить мои страдания и колола меня морфием, чтобы я заснул. Однажды, когда Маша почувствовала, что я стал привыкать к морфию, она дала мне выпить полстакана медицинского спирта. Маша курила папиросы «Беломорканал». Она совала мне в рот папиросу. Достаточно было одной затяжки, чтобы закружилась голова и я заснул».

Михаилу выдали справку инвалида Отечественной войны 3-й степени. Несмотря на это, он не терял надежды при первой же возможности вернуться в строй. Всю осень 1943 года Михаил Аллер обивал пороги райвоенкомата, упрашивая отправить его на фронт. Наконец в середине января 1944 года его вызвали на комиссию ВТЭК. Главный врач медицинской комиссии попросил сделать его несколько шагов без «посторонней помощи». Михаилу это удалось, несмотря на то, что коленный сустав до конца еще не был разработан. Впрочем, врачей этот изъян не очень-то и волновал: «Годен!» В тот момент Михаил Аллер еще не понимал, что за этот сиюминутный успех ему придется вскоре жестоко и несправедливо расплачиваться. Так он попал в 310-й гвардейский стрелковый полк 110-й гвардейской стрелковой дивизии 2-го Украинского фронта в должности командира взвода связи стрелкового батальона. Михаил отлично понимал, что рано или поздно тяжелое ранение ноги даст о себе знать. Но необходимо было сделать так, чтобы об этом никто и никогда не узнал.

«Со своей должностью я справлялся, пока под Кировоградом шли наступательно-оборонительные бои. Но во время пеших походов, особенно при длительном переходе, было невыносимо тяжело. Ноги увязали в черноземе. Я часто отставал, в конце колонны залезал в повозку с катушками кабеля и телефонной аппаратурой, а на привалах догонял. Все чаще меня стала беспокоить ноющая боль в коленном суставе и бедре. Но об этом я никому не говорил».

По пятам наступавших войск 2-го Украинского фронта двигался Смерш, прочесывая освобожденные города и села, а также зачищая армейские тылы и коммуникации не только от предателей и дезертиров, но и от отставших от своих колонн бойцов Красной Армии. Отстал и Михаил. Он чувствовал, что с больной ногой ему не догнать свой полк. Отлично понимая, чем все это могло для него закончиться, Михаил решил явиться в штаб любой дивизии и рассказать, что с ним произошло. Блуждая в прифронтовой полосе, он забрел в одну пустую полуразрушенную деревню. Собрав окурки в первом попавшемся доме, Михаил присел на лавочке, чтобы спокойно обдумать, как вести себя на допросе. По наивности своей он надеялся, что его поймут и отправят в расположение своей части. Не успев поднести зажженную спичку к окурку, Михаил почувствовал резкий тычок от приставленного автомата под левую лопатку спины и чей-то тихий, но вполне уверенный голос: «Руки». В штабе, куда его доставил конвой, начальник Смерша попытался доказать причастность Михаила к немецкой, а позже и к румынской разведке. Но, не добившись от задержанного «правдивых показаний», Михаила посадили под арест.

«На последнем допросе, потерявший всякую надежду на снисхождение, в последнем своем слове, которое обычно дают перед приведением приговора в исполнение, я сказал: «Немецким или румынским шпионом не может быть простой еврей, и вы знаете почему!» На что мне ответили, что если я буду касаться национального вопроса, то меня привлекут по 58-й политической статье. По этой статье отправляли в исправительно-трудовые лагеря на длительные сроки. Я этого боялся больше смерти. В июле 1944 года состоялось открытое заседание военного трибунала 252-й стрелковой дивизии. При таком показательном заседании я думал, что мне грозит расстрел. В своем последнем слове я просил дать мне возможность искупить свою вину кровью».

Военным трибуналом 252-й стрелковой дивизии Михаил Аллер был осужден на 10 лет лишения свободы с отбыванием срока в исправительно-трудовом лагере и лишен воинского звания «младший лейтенант». И почти сразу срок был заменен на три месяца штрафного батальона.

ИЗ ДОСЬЕ "МК"

Всего в 1944 году в Красной Армии имелось 11 отдельных штрафных батальонов по 226 человек в каждом и 243 отдельные штрафные роты по 102 человека в каждой.

Как ни странно, Аллер был рад такому повороту событий. Думал, что лучше погибнуть в бою, чем замерзнуть где-нибудь на лесоповале или быть растерзанным кучкой зэков в лагерном бараке. После суда Михаила освободили из-под стражи и одного, без конвоя с сопроводительным письмом направили на передовую в 15-й отдельный штрафной батальон. В августе 1944 года батальон из района боевых действий города Ботошаны был переброшен в район города Яссы. Там стояла почти 40-градусная жара.

«Мне снова выпало тяжелое испытание — с искалеченной ногой при такой жаре совершить суточный марш с полной выкладкой. Кроме того, на нервной почве и от грязи мои ягодицы покрылись фурункулами. Они причиняли мне дополнительные муки. Во время марша мне давали хлористый кальций и на привалах делали переливание крови. Моя нервная система и физические возможности были мобилизованы до предела на преодоление трудностей. Я страшно боялся снова отстать».

В ночь на 20 августа 1944 года штрафной батальон занял исходную позицию для атаки. Штрафникам выдали по сто граммов водки. Михаил почувствовал свежий прилив сил и энергии. После мощной и продолжительной артиллерийской подготовки, в которой приняли участие в том числе и знаменитые «катюши», штрафники бросились в атаку. Им предстояло взломать мощную оборону отборных частей СС.

«Мы, штрафники, шли на немецкие позиции в полный рост, невзирая на разрывы снарядов и мин, не кланяясь пулям. Падали вокруг только убитые и раненые. В руках у меня были катушка кабеля и автомат. Вслед за штрафниками в атаку устремились части какой-то неизвестной стрелковой дивизии. К моему удивлению, никакого заградотряда за нашими спинами. Я подумал: значит, в спины нам никто стрелять не будет. Это открытие прибавило сил».

Так бойцам штрафбата приходилось менять позиции.

Вырвавшись вперед, незаметно для всех он оказался в траншее противника. В ход пошли штыки, саперные лопатки, кулаки. В том бою он уничтожил четырех эсэсовцев, один из которых был офицером. Этот факт в дальнейшем сыграл в его судьбе важную роль.

«Обычно была рукопашная схватка. Эсэсовцы отчаянно сопротивлялись, не желая сдаваться в плен. Но наших бойцов ничто уже не могло остановить: лавина атакующих быстро заполнила все. Чаще всего в качестве оружия использовали именно саперную лопатку. Штрафники не давали никакого шанса эсэсовцам. Те от одного вида орущих мужиков с лопатками терялись и не успевали нажать на курок. Мы пугали фашистов своим безумием. Они не могли понять, как можно вот так не бояться смерти. Они не понимали, что такое штрафбат...»

«Вскоре в 15-й отдельный штрафной батальон поступил приказ командующего 2-м Украинским фронтом Малиновского о досрочном освобождении без ранений особо отличившихся. В их число попал и я. Мне предложили остаться в штрафном батальоне на штатной должности командира взвода связи».

Михаил Абрамович выжил, несмотря ни на что. И добился реабилитации. В Центральном архиве Минобороны мы нашли определение военного трибунала №398.

«1944 года сентября 13 дня в открытом судебном заседании рассмотрено ходатайство командира 15-го Отдельного штрафного батальона от 9 сентября 1944 г. Об освобождении от наказания по приговору военного трибунала 252-й стрелковой Харьковской дивизии от 24 июля 1944 года — бывшего мл. лейтенанта АЛЛЕРА Михаила Абрамовича.

Будучи в составе 15-го Отдельного штрафного батальона, АЛЛЕР в боях против немецких захватчиков проявил стойкость и отвагу, неоднократно под огнем противника восстанавливал поврежденную противником связь, чем обеспечивал бесперебойность ее работы, в бою смелый и устойчивый.

Трибунал определил: Аллера Михаила Абрамовича освободить от назначенной ему меры наказания и считать не имеющим судимости».

По инициативе совета ветеранов, при поддержке администрации Партизанского района г. Минска в 2004 году была издана книга воспоминаний ветеранов Великой Отечественной войны. Небольшая по объему книга рассказывает о подвигах советских людей на фронте и в тылу, о тех, кто в суровую пору испытаний до конца выполнил свой гражданский долг, кто одержал всемирно-историческую победу над фашизмом. Книга вызвала интерес у большинства граждан, особенно у молодежи. Да и ветераны вступили в войну юношами, ровесниками нынешней молодежи.

Я встретил войну в шестнадцатилетнем возрасте, заканчивал учебу в 9 классе. В 10 классе учился уже в ходе начавшейся войны. В январе 1943 года мне исполнилось 18 лет. Военкомат направил меня в военное училище зенитной артиллерии. Окончив ускоренный курс обучения, в звании младший лейтенант я был назначен командиром взвода зенитной батареи. В моем подчинении оказалось 46 солдат и сержантов. Все они были разными по возрасту, образованию, характеру, жизненному опыту. Нужно было управлять коллективом. А было мне тогда 19 лет. Опыта командования взводом не было. Но помогли фронтовики. А это были, как правило, командиры отделений, командиры орудий. Опираясь на них, я приобретал опыт, навыки в боевой обстановке и в повседневной жизни. Появились коллективизм, взаимная поддержка, ответственность за выполнение поставленных боевых задач.

Вспоминаю боевые действия на Магнушевском плацдарме южнее Варшавы на левом берегу реки Висла. Наш 605 зенитный артиллерийский полк занимал боевые позиции на плацдарме и прикрывал от воздушного нападения противника переправы через Вислу. Батареи полка располагались в непосредственной близости от переправ и вели многослойный огонь. 17 суток, днем и ночью, отражали мы налеты фашистской авиации. А воины 8-й гвардейской армии генерала В.И.Чуйкова, сплоченность и отвага которых были хорошо известны на фронте, прорвали оборону противника. К 17 января 1945 года войска продвинулись на глубину 100-160 километров, разгромили основные силы группы армий «А» немцев, освободили Варшаву и еще свыше 2400 населенных пунктов.

Мы выиграли войну не только материальной силой, но и мощным духовным порывом. На чашу весов были брошены не только танки и самолеты, не только талант наших полководцев, но и народная душа, позволившая одержать победу.

Нынешние школьники принадлежат к последнему поколению, которое видит и слышит живых фронтовиков и людей, переживших войну. Важно довести до них, до людей всех возрастов правду о Великой Отечественной войне. Молодые вдумчиво и ответственно ищут свои корни, свои духовные истоки.

Президент Республики Беларусь А.Г.Лукашенко определил как одну из основных задач государственной молодежной политики «воспитывать гражданина-патриота одухотворенного идеалами добра и социальной справедливости, способного творить и созидать во имя отечества». Приоритетным является правда о минувшей войне, героика войны. Именно здесь неисчерпаемый кладезь впечатляющих примеров мужества, стойкости, боевого товарищества.

Великая Отечественная война вошла в историю как величайшая битва, как величайшее сражение. Это было противоборство двух противоположных социально-экономических систем, противоборство добра и зла.

В ходе войны советский народ совершил подвиг, равный которому трудно найти в мировой истории. Этот подвиг служит и будет служить мощной духовной опорой многим поколениям, вселять уверенность в своих силах на самых крутых и суровых поворотах в исторической судьбе. И не случайно усилия недругов нашего Отечества направлены на разрушение этой нравственной опоры народа, на то, чтобы принизить подвиг солдат, полководцев Советской Армии, партизан, тружеников тыла.

Народы мира должны знать правду о войне. Буржуазная пропаганда, фальсификаторы всех мастей стремятся извратить историю второй мировой войны, пытаются снять ответственность с виновников развязывания кровавой бойни, сформировать ложное общественное мнение о причинах возникновения войны, исказить ее ход и исход.

Широко распространяется ложь о так называемой превентивной войне. Якобы Гитлер опередил Сталина, который готовил войну против Германии. Правда в том, что Сталин, советское руководство твердо придерживались курса на сохранение мира, пытались любыми путями предотвратить войну. В 30-е годы в Советском Союзе царил созидательный пафос. Разрабатывались и осуществлялись знаменитые советские пятилетки. Строились новые заводы и фабрики, шахты и железные дороги, осваивались огромные территории Сибири и Дальнего Востока, Севера и Средней Азии. Для решения грандиозных задач советскому народу нужен был мир. В стране не было ни одной социальной группы, заинтересованной в войне.

СССР уже к середине 30-х годов стремился создать систему коллективной безопасности, коалицию, способную остановить войну. Однако политики запада, Англии и Франции, других государств воспрепятствовали этому, хотя в центре Европы созревал очаг войны в лице фашистской Германии. Фашизм был орудием германских монополий, которые стремились утвердить свое господство в мире военной силой. Он был первым открытым проявлением стремления к мировому господству. В этом смысле германский фашизм был предтечей современного американского глобализма – пишет участник Великой Отечественной войны историк Л.И.Ольштынский в своей книге «Разгром фашизма». Современный американский военно-промышленный комплекс ищет обоснование для своего процветания. После разрушения СССР США приступили к силовому утверждению своего полного мирового руководства. Именно поэтому в западной историографии за последние десятилетия явно проявилось стремление обелить фашизм, скрыть его социально-политическую сущность, свести к антисемитизму, опуская при этом антикоммунизм, чтобы избежать «неудобных» аналогий. А Вторую мировую войну представить лишь как следствие межгосударственных противоречий и эмоций политиков, а не как борьбу народов с фашизмом. Это делается для того, чтобы войну Германии и СССР представить как «схватку двух хищников». Ну а «благородные» США и Англия при этом якобы боролись за «демократию».

Агрессию Германии готовили и подкармливали империалистические круги США. И никому не удастся опровергнуть тот факт, что именно Германия напала на Советский Союз, что Германия явилась агрессором.

На рассвете 22 июня 1941 г. вооруженные силы Германии вероломно вторглись на территорию СССР. Гитлеровская авиация нанесла массированные удары по аэродромам, железнодорожным узлам, военно-морским базам, местам расквартирования войск и многим городам Советской страны. В сознании людей, не видевших войну, события ее начального периода представляются в основном как пораженческие. К сожалению, в таком направлении усердствуют ныне некоторые историки, писатели, журналисты.

В действительности же были не только растерянность, плен и горькое поражение. В ту тяжелейшую пору проявился массовый героизм, стойкость солдат и командиров.

Воинские части и подразделения, руководимые, умелыми и волевыми командирами, несмотря на неразбериху первых дней войны, вынужденного отступления, отходили организованно, прорывались из окружения не только с минимальными потерями, но и нанося противнику ощутимый урон. Смогла же 24-я стрелковая дивизия 3-й армии, пройдя по немецким тылам около 500 км, выйти в июле 1941г почти без потерь в расположение советских войск севернее Мозыря. Командовал дивизией генерал Галицкий. 100-я стрелковая дивизия 8 раз попадала в окружение, и всякий раз командир дивизии генерал Руссиянов выводил ее в боеспособном состоянии.

26 июня 1941г в бою за деревню Лапы под Белостоком экипаж танка братьев Кричевцовых подбил три вражеских машины. Но и в машину братьев попал снаряд. Танк загорелся. Экипаж принял мужественное решение – идти на таран. Это был один из первых танковых таранов в годы Великой Отечественной войны.

22 июня на подступах к Бресту вступили в бой с восемью Ме-109 летчики 123 истребительного авиационного полка. К концу боя у лейтенанта П.С.Рябцева кончился боекомплект, пилот направил свой самолет на самолет противника. Немецкий самолет рухнул, а лейтенант Рябцев благополучно приземлился на парашюте. Так на глазах у защитников Брестской крепости был совершен один из первых воздушных таранов в ВОВ. 23 июня зенитчики и летчики-истребители за день боев в небе над Минском сбили 7 вражеских самолетов.

Участник тех событий генерал-майор в отставке А.Н.Быков вспоминает: 6 июля 1941 года 7-й и 5-й механизированные корпуса 20-й армии Западного фронта (командарм генерал-лейтенант П.Курочкин) предприняли контрудар из района северо-западнее Орши во фланг 3-й танковой группы противника. Оба корпуса вместе имели около тысячи танков. Тысячу танков имела и 3-я танковая группа вермахта. Красноармейцы проявили невиданные мужество и стойкость, выдерживая до 15 атак в день. Они были окружены, и бои в окружении длились более семи суток. И только, когда иссякли боеприпасы, кончилось горючее, командованием был отдан приказ взорвать неподвижные танки, САУ, а оставшимся выходить из окружения.

Хотя первые сражения оказались для нас трагическими, все же гитлеровский блицкриг был сорван. Это стало самым главным к концу 1941 года. Красной Армии удалось сорвать план «Барбаросса».

Величие подвига советских воинов в том и состоит, что они вынесли первоначальный огромной силы удар, на который противник делал основную ставку, сорвали план молниеносной войны. Это важнейший итог начального периода войны.

Руководство США и Великобритании, даже находясь в составе антигитлеровской коалиции, придерживались политики ведения длительной войны на истощение, как Германии, так и Советского Союза.

В памятной записке начальникам штабов в декабре 1941 года Черчилль писал: «Главным фактором в войне в настоящее время являются поражение и потери Гитлера и России… Ни Великобритания, ни Соединенные Штаты не должны принимать никакого участия в этих событиях». Вот так! «Никакого участия». А ведь к этому времени Сталин уже дважды выдвигал план ведения войны с открытием второго фронта в Европе для быстрого ее завершения.

В свое время видный сенатор США, а затем вице-президент, а после смерти Ф.Рузвельта – президент Г.Трумэн говорил: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если будет выигрывать Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше».

Героическое сопротивление Красной Армии летом 1941 г., разгром немецко-фашистских войск под Москвой, срыв плана «Барбаросса», именно это определило решение Японии вступить в войну не против СССР, а против США и Великобритании на Тихом Океане и в юго-восточной Азии. Это повлияло и на наши отношения с будущими союзниками. Рузвельт и Черчилль утвердились в решении создать коалицию совместно с СССР.

Второй фронт был открыт, когда в результате побед Красной Армии произошел коренной перелом в войне, когда стало очевидным, что Советский Союз сможет один завершить разгром фашистской Германии и помочь народам Европы освободиться от фашистского ига.

Фальсификаторы и клеветники прилагают огромные усилия с целью исказить правду о войне, замолчать, затушевать решающий вклад Советского Союза в разгроме фашистской Германии и милитаристской Японии. Фальсификация истории, хода и исхода Великой Отечественной войны – это не заблуждение несведущих людей, не информированных неучей, не прихоть дилетантов, нет. Это осознанные действия. Это политика. Ревизия Ялтинских, Потсдамских соглашений, пересмотр итогов второй мировой войны – это долговременная стратегия США в борьбе за мировое господство.

В программе Совета Безопасности США, принятой в 1961 году, обосновывается необходимость взорвать СССР изнутри. Для этого, в частности, ставилась задача, что он, СССР, «не был архитектором Победы, а является таким же злодеем, как и фашисты», предлагалось «с помощью агентов влияния захватить средства массовой информации, разрушить коллективистский образ жизни, отрезать прошлое от настоящего, тем самым лишить страну будущего».

В 1979 г. в США был создан специальный институт пересмотра истории. В 2000 г. в Лондоне состоялась международная геополитическая конференция на тему: «Как вернуть Россию к границам 1551 года?», то есть к границам Московского княжества. На конференции собралось немало известных людей. Это были не только и не столько кабинетные теоретики, мечтатели о геополитическом реванше. Напротив, съехалась весьма солидная публика: видные западные ученые, политики, крупные военачальники армий стран НАТО.

17 июля 1959 г. в США был принят закон «О порабощенных народах», который имел еще и второе название – «Закон о расчленении Советской России». В развитие этого закона американский исследовательский фонд «Наследие» в 1989г. разрабатывает доктрину «Освобождение». В ней скрупулезно отрабатывается технология развала Советского Союза.

В октябре 1992 г. Конгресс США принимает новый закон «О поддержке свободы России и развивающихся евразийских демократий и свободных рынков». На американское федеральное ведомство «Агентство Международного развития» официально возлагаются задачи «продвигать демократию и права человека, внедрить и институализировать рыночную экономику, содействовать решению социальных и гуманитарных проблем в бывших коммунистических государствах Европы и Евразии»

Как очевидно, цель фальсификации истории, ревизии и пересмотра итогов второй мировой войны – устранить конкурента, утвердить единоличное лидерство США на планете, новый мировой порядок по-американски, приписать Америке, Великобритании решающую роль в разгроме Германии.

Невозможно замолчать, затушевать решающий вклад Советского Союза в победу над фашистской Германией. Правда состоит в том, что советско-германский фронт был главным, решающим во второй мировой войне. До середины 1944 г. на советско-германском фронте действовало от 190 до 270 дивизий фашистской Германии и ее союзников, в то же время против английских и американских войск в Северной Африке, в Италии и Западной Европе – всего от 81 до 106 дивизий. Протяженность советско-германского фронта на различных этапах войны составляла от 3000 до 6200 километров. Протяженность фронтов в Италии и Северной Африке не превышала 350 километров, а в Западной Европе — 800 километров. Советско-германский фронт по своей протяженности в четыре раза превышал североафриканский, итальянский и западные фронты вместе взятые.

Из 1418 суток существования советско-германского фронта 1320 суток, или 93%, приходится на активные боевые действия. Активные боевые действия союзников на втором фронте в Европе составлял менее 300 суток.

Всего в течение войны Советские Вооруженные силы разгромили и пленили 607 дивизий фашистского блока, тогда как англо-американские войска в Северной Африке и в Европе разгромили и пленили 176 дивизий, большинство из них в последние дни войны, когда немцы сдавались в плен в массовом порядке. Реальную войну Великобритания и США начали только через три года после 22 июня 1941 года, когда наши войска уже вышли к государственной границе и готовы были начать победный поход по Европе. Причем, для США и Англии это была, по сути, теперь война не столько для разгрома Германии, сколько для «спасения» как можно большей европейской территории от наступающей Красной Армии.

Из 13,6 млн. человек общих потерь Германии во второй мировой войне потери на Восточном фронте составили 10 миллионов человек. Советские Вооруженные силы уничтожили ¾ авиации противника, большую часть артиллерии и минометов, свыше 2500 боевых кораблей и транспортных судов.

Президент США Ф.Рузвельт в свое время говорил: «Мне трудно уйти от того простого факта, что русские убивают больше солдат противника и уничтожают больше его вооружения, чем все остальные 25 государств Объединенных наций, вместе взятых».

Среди наветов на советскую военную историю, советских военачальников — измышления и ложь, что якобы Красная Армия воевать не умела, талантливых полководцев не имела. Правда состоит в том, что победа, одержанная в Великой Отечественной войне, явилась ярким свидетельством превосходства Советской военной науки и военного искусства, продемонстрировала высокий уровень стратегического руководства и боевого мастерства советских военачальников. Вооруженные силы СССР провели более 50 операций групп фронтов, около 250 фронтовых операций, тысячи сражений и боев, в ходе которых военная теория и практика обогатилась выдающимися образцами стратегии, оперативного искусства и тактики. Большинство операций отличались оригинальностью замысла, высоким мастерством командиров и личного состава, большой эффективностью ударов по врагу. Крупным достижением советской стратегии явилось осуществление контрнаступления с последующим перерастанием в общее наступление под Москвой, Сталинградом, на Курской дуге и др. Всему миру известна блестящая плеяда талантливых полководцев и военачальников: Сталин, Жуков, Василевский, Рокоссовский, Конев, Баграмян и многие другие. Глубокими знаниями военного дела, широтой стратегического кругозора и смелостью оперативных решений они намного превосходили генералитет фашистской Германии. Разработанные ими образцы операций по окружению и уничтожению крупных группировок противника, их непреклонность и твердость в руководстве войсками во многом обусловили нашу Победу в войне.

На Нюрнбергском процессе, отвечая на замечания адвоката Геринга, что, находясь в плену, фельдмаршал Паулюс читал лекции по стратегии в Советской военной академии, Паулюс сказал: «Советская стратегия оказалась настолько выше нашей, что я вряд ли мог понадобиться русским хотя бы для того, чтобы преподавать в школе унтер-офицеров. Лучшее тому доказательство — исход битвы на Волге, в результате которой я оказался в плену, а также и то, что эти господа сидят здесь на скамье подсудимых». А вот что записал в своем дневнике Геббельс: «В отличие от наших советские генералы не только фанатично верят в большевизм, но и не менее фанатично борются за его победу, что, конечно, говорит о колоссальном превосходстве советского генералитета».

Клеветники и фальсификаторы распространяют ложь, будто советские военачальники достигли победы при значительном количественном превосходстве в живой силе. В 12-томном издании «История второй Мировой войны 1939-1945 гг.» приводятся такие данные: в июне 1941 года численность Вооруженных сил СССР достигло 5.373 тыс. человек; силы и средства Германии составляли 4.600 тыс. человек, Финляндии, Румынии, Венгрии — 900 тыс. Всего 5.500 тыс. Где здесь превосходство?

В битве под Москвой осенью 1941 г. противник превосходил Советские войска в людях в 1,3 раза, в орудиях и минометах — 1,9 раза, в самолетах — в 2.1 раза. В Сталинградской битве в сентябре 1942 г. соотношение по количеству живой силы было 1:1. На Курском направлении к началу июля 1943 г. — 1,4:1 в пользу СССР. В ходе Белорусской операции «Багратион» немцы потеряли убитыми, раненными и плененными почти 500 тыс. человек. Полностью разгромлены 21 немецкая дивизия, а 61 дивизия потеряла более половины своего личного состава. А ведь соотношение сил к началу операции было всего 2:1 в пользу советских войск.

Советское командование сумело создать на направлениях главного удара превосходство в живой силе и технике. В этом проявились военное искусство, умение командиров, полководческий талант военачальников.

Усиленно вдалбливается в массовое сознание вымысел, что советское командование и лично Сталин шли к победе, не считаясь с потерями. Однако факты, история войны начисто опровергают эту фальсификацию.

По данным Генштаба СССР безвозвратные потери советских войск за время войны составили 11273026 человек, безвозвратные потери Германии и ее союзников — 8649500 человек («Правда», № 48 от 28.04-3.05 – 2000 г.).

Наши потери во время войны сопоставимы с германскими и по пленным. Противником было взято в плен (в основном на начальном этапе войны) около 4-х миллионов советских солдат и офицеров, нашей армией – такое же количество немцев. Но жестокость по отношению к советским пленным не знала аналогов в истории. Немецкие палачи сознательно и целенаправленно уничтожали военнопленных: морили их голодом, холодом, издевались, расстреливали, вешали. Только 20 процентов из них выжила. В то же время 75 процентов пленных немцев вернулись в Германию.

Германия вела войну на целенаправленное уничтожение нашего населения. Советский Союз потерял за годы войны 14 процентов своих граждан, а Белоруссия – 25 процентов. Германия потеряла 9,3 процента населения, Австрия – 5 процентов, Италия – меньше 1 процента, Великобритания – 0,8 процента, США – менее 0,2 процента (газета «Республика» от 2 июля 2003 г.). Две трети в числе наших общих потерь составляет мирное, гражданское население. Большинство же погибших немцев – военнослужащие.

Среди мутного потока клеветы и лжи выделяются публикации о том, что фронтовики воевали по принуждению, со страху шли в бой, что чуть ли не заградотряды заставляли подниматься в атаку. Правда, что впервые месяцы войны Красная Армия потерпела ряд серьезных поражений и понесла огромные людские и материальные потери. Но неправда, что бойцы и командиры умышленно сдавались в плен. Подавляющее большинство сражались с врагом подобно защитникам Бреста, до последнего патрона, не сдавая своих позиций. Пленение было не их виной и уже тем более не умыслом, на который намекают фальсификаторы, а их бедой, бедой нашей страны и ее Вооруженных Сил.

Откровенной ложью пропитаны писания ряда авторов, связанные с заградительными отрядами, штрафными батальонами. Заградительные отряды, в первую очередь, боролись с паникерами, диверсантами и шпионами в прифронтовой полосе. Их выставляли в тылу «неустойчивых дивизий», чтобы остановить отступающих в панике, задержать бегущих, заставить их окопаться, закрепиться на рубежах обороны и продолжить бой. А штрафбаты проявили себя как исключительно стойкие и боеспособные подразделения. Что касается заградотрядов, то, когда Красная Армия провела несколько крупных наступательных операций, их и вовсе перестали использовать.

Великая Отечественная война подтвердила тот факт, что общепризнанным идейно-политическим авангардом советского народа была партия коммунистов. Буржуазная, либеральная, так называемая «демократическая» печать искажает историю, замалчивает роль коммунистической партии. Видимо, организаторов клеветы и фальсификации пугают идеи коммунизма, идеи социальной справедливости. Но им не удастся опровергнуть очевидное: КПСС, или как она тогда называлась ВКП(б), достойно выполнила свой долг перед народом и доблестно защитила страну. Партия политически просвещала и организовывала массы, укрепляла моральный дух, сосредотачивала их усилия на решения труднейших задач. Немецкий генерал-полковник Г. Фриснер дал такую оценку солдату Красной Армии: «Советский солдат сражался за свои политические идеи сознательно и даже фанатично».

О патриотизме советских людей свидетельствует развернувшееся партизанское движение в тылу врага. В армию шли, как правило, по повестке военкомата. Партизанам никто никаких повесток не давал. Люди в тылу врага по собственному решению становились на защиту Отечества. Только в Беларуси 1255 партизанских отрядов, 213 партизанских бригад, в которых действовали 374 тысячи партизан и более 70 тысяч подпольщиков, составляли целую партизанскую республику – уникальный фронт народных мстителей.

За три года войны в тылу врага – с июня 1941 г. по июль 1944 г. – партизаны и подпольщики Беларуси вывели из строя убитыми и ранеными свыше полумиллиона гитлеровских солдат и офицеров, разгромили 29 железнодорожных станций, 948 гарнизонов, комендатур и штабов противника, уничтожили 939 военных складов, подорвали 11 тысяч вражеских эшелонов и 34 бронепоезда, 18 тысяч автомашин, взорвали и сожгли 819 железнодорожных и 4710 других мостов, разрушили более 7 тысяч километров телефонно-телеграфных линий, сбили в воздухе и уничтожили на аэродромах 305 самолетов, вывели из строя 1355 танков и бронемашин.

К концу 1943 г. 60 процентов территории республики, находящейся под оккупацией, контролировалась партизанами.

В книге «Итоги Второй мировой войны» бывшие германские генералы констатируют: «История войн не знает ни одного примера, когда партизанское движение играло бы такую же большую роль, какую оно сыграло в последней мировой войне. По своим размерам оно представляло собой нечто совершенно новое в военном искусстве. По тому колоссальному воздействию, которое оно оказало на фронтовые войска и проблемы снабжения, работу тыла и управления в оккупированных районах… оно повлияло на характер всей мировой войны.».

Однако это не помешало некоторым белорусским исследователям, например Крюковскому распространять ложь и утверждать, что в годы оккупации на территории Белоруссии не было движения сопротивления немцам, а шла «гражданская война», что белорусы воевали за независимость, за отделение Белоруссии от Союза ССР.

В мае 1945г нацистская Германия была разгромлена. Победа над фашизмом явилась всемирно историческим событием. Она оказала глубочайшее воздействие на весь ход мирового развития. Люди всей планеты с радостью и ликованием встретили Великую Победу. Она принесла народам Европы долгожданный мир. Но в странах Юго-Восточной Азии, на Дальнем Востоке, в бассейне Тихого океана еще бушевала война.

Соединенные Штаты Америки и Великобритания более трех лет вели войну с Японией. Правительства США и Великобритании осознавали, что без Советского Союза добиться скорой победы невозможно. Вот потому президент США Ф.Рузвельт, премьер-министр Великобритании У.Черчилль настойчиво добивались согласия Советского правительства на вступление СССР в войну против Японии. Такая договоренность была достигнута в Крыму на Ялтинской конференции руководителей трех великих держав в феврале 1945 года. Согласие правительства СССР на вступление в войну было продиктовано союзническими обязательствами. Кроме того, необходимо было обеспечить безопасность советских дальневосточных границ, учитывая агрессивную антисоветскую направленность политики милитаристской Японии.

Известно, что Япония активно участвовала в интервенции в 1918-1920 гг. Пыталась вторгнуться в пределы Советской территории в 1938 г. у озера Хасан, а в 1939 г. развязала бои на Халхин-Голе. Япония грубо нарушила пакт о нейтралитете, подписанный в 1941 г. Она вплотную придвинула к границам СССР Квантунскую армию.

Подготовленное Японией нападение на СССР не состоялось не в результате соблюдения Японией пакта о нейтралитете, а вследствие провала Германского плана «молниеносной войны» и сохранения надежной обороноспособности в восточных районах СССР. Утверждения о том, что правительство Японии честно выполняло положения пакта, используемые для обвинения Советского Союза в «вероломстве» при вступлении в войну, не выдерживают критики.

Решение Советского правительства о вступлении СССР в войну против Японии явилось не только долгом перед союзниками антигитлеровской коалиции, но и отвечало интересам государства, необходимости защиты своих Дальневосточных границ. Поэтому война советского Союза против Японии явилась логичным продолжением Великой Отечественной войны. Вступление Советского Союза в войну явилось важнейшим событием. Оно оказало реальное влияние на весь ход и исход Второй мировой войны на Дальнем Востоке и Тихом океане.

Разгром сильной Квантунской армии, наиболее обученной и хорошо оснащенной Японской группировки сухопутных войск, вырвал у Японии основные средства дальнейшего ведения войны и заставил ее капитулировать.

Без Советского Союза США и Великобритания не смогли бы успешно решить эту задачу. Советский Союз внес основной вклад в достижение победы на завершающем этапе войны с Японией.

Участие Советского Союза в войне с Японией значительно ускорило окончание Второй мировой войны, что спасло от гибели многие человеческие жизни Восточной и Юго-восточной Азии.

США предполагали добиться капитуляции Японии исключительно собственными силами, с тем, чтобы закрепить свое главенствующее положение на Тихом океане и в Восточной Азии. Некоторое время американское руководство, в том числе Рузвельт, полагали, что Япония может быть принуждена к капитуляции действиями только морского флота и авиации. Только после тщательного анализа Комитет начальников штабов США пришел к выводу что это «стратегия ограниченных целей». Даже, если американцы оккупируют острова Японии, то еще остается могущественная Квантунская армия, которая будет продолжать борьбу. Единственный выход Комитет начальников штабов США видел в том, чтобы «изгнанием японской армии с материка занялись русские».

Группировка советских вооруженных сил на Дальнем востоке представляла собой силу, способную в короткие сроки сокрушить японские войска в Манчжурии. Основу ее составляли соединения и части, которые во время войны находились на Дальнем Востоке. Были хорошо обучены, знали театр военных действий. После поражения Германии часть советских войск были переброшены из Европы на Дальний Восток. Эти войска обладали большим опытом боевых действий против сильного противника. Умелое использование этих способностей значительно усилило ударную мощь группировки и во многом предопределило успех всей кампании.

Прорвав приграничные укрепленные районы, советские соединения разгромили японские войска прикрытия и вступили на территорию Манчжурии одновременно с востока и запада. Боевые действия всех фронтов носили высокоманевренный характер. Советские войска нанесли решительное поражение Квантунской армии. Правительство Японии было вынуждено капитулировать. 2 сентября 1945 года Япония потерпела поражение, подписала акт безоговорочной капитуляции.

Победы, одержанные Вооруженными Силами СССР, США, Великобритании над фашистской Германией и милитаристской Японией, решающий вклад СССР в разгром агрессоров, оказали глубокое воздействие на судьбы человечества.

Американская историография всячески стремится принизить большой вклад Советского Союза и его Вооруженных Сил в разгром Германии и Японии и в то же время преувеличить роль США. Историки США, учебники в американских школах изображают дело таким образом, будто США оной рукой вели континентальную войну в Европе, а другой – морскую войну на Тихом океане. Причем война на востоке была якобы совершенно независимой от военно-политических событий на других театрах военных действий. Остальные же союзники по антигитлеровской коалиции, в том числе и СССР, внесли будто бы лишь «символический» вклад в достижение победы над Японией.

Теория «отдельной», «американской» войны не выдерживает научной критики еще и потому, что она игнорирует основную особенность Второй мировой войны – ее коалиционный характер, а, следовательно, и взаимную обусловленность результатов вооруженной борьбы на Европейском и Азиатском театрах военных действий. Ведь катастрофа фашистской Германии и ее союзников на советско-германском фронте поставила Японию перед необходимостью начать поиски выхода из войны. Сами события говорят о том, что советско-германский фронт, где велись главные битвы с фашистской коалицией, оказывал решающее воздействие на военно-политическую обстановку как на европейском, так и на азиатском театрах военных действий.

Главную роль во Второй мировой войне вплоть до разгрома Германии играл советско-германский фронт. Именно здесь происходили величайшие сражения, и здесь решался исход войны с агрессивным фашистским блоком в целом.

Всемирно историческая победа над Германией и Японией была достигнута ценой огромных усилий и жертв стран антигитлеровской коалиции, всех свободолюбивых народов. Советский народ и его Вооруженные Силы внесли решающий вклад в эту победу.

Победу 45-го отцы и деды добыли, поразив мир массовым героизмом, самопожертвованием во имя Родины. Это потом, спустя десятилетия мы, их дети и внуки, не извлекли должных уроков из прошлого, не заметили, не насторожились, когда страну возглавили лидеры, для которых патриотизм, братство народов и другие высокие понятия стали пустым звуком. Расплата не застала себя ждать.

Критика культа личности, ХХ съезд КПСС опорочили вместе со Сталиным и социализм. «Перестройка» и пришедшие с ней «свобода», «гласность», «демократия» взорвали общественную стабильность, посеяли межнациональную вражду, что, в конце концов, при активном участии империалистических сил Запада привело к разрушению СССР.

Великая Отечественная война показала, как труден и тяжел путь к Победе, если вовремя не остановить агрессора. Это актуально и в современных условиях, когда воинственные круги США, других стран НАТО ведут неоправданные военные приготовления.

Говорят, что у Белоруссии нет противников. А почему все еще существует НАТО, и почему этот военно-политический блок продвигается к границам Белоруссии и России? Почему США выходят из договора по ПРО 1972 г. и вкладывают огромные средства в строительство Вооруженных сил? Только наивные могут питать иллюзии, что североатлантический пакт готов сотрудничать с Белоруссией на равноправных условиях.

Западу сегодня, как кость в горле, независимая, суверенная Беларусь и ее Президент, достижения республики в социально-экономическом и культурном развитии. В нашей стране День Победы 9 мая и День Республики 3 июля празднуются повсеместно на самом высоком уровне, а ветераны войны пользуются заслуженным уважением и почетом.

70 лет прошло после Победы. Опыт Великой Отечественной войны изучается во всех армиях мира, во всех военных академиях. Конечно, опыт прошлого не копируется слепо, а творчески применяется с учетом новых реалий. Разумеется, современную войну не выиграть теми методами, которыми военные успехи достигались прежде. Путь к победе в будущей войне, если ее удастся развязать агрессивным силам, будет иным. Другое время, другое вооружение. Но связь времен, преемственность поколений несомненны.

И в современных условиях социальная роль и личные качества человека защищающего свое Отечество, остается неизменной. Меняется лишь содержание и характер воинского труда, который становится все более и более интеллектуальным. Иными словами, духовно-нравственный потенциал общества был и остается одним из решающих факторов стратегического сдерживания. Новое оружие становится силой, в том числе и способной остановить поджигателей войны, тогда, когда им овладеют люди, войска. История войн неопровержимо доказала, что в бою при прочих равных условиях рассчитывать на победу может та страна, которая обладает более высоким потенциалом духовных, моральных и психологических сил.

Сформировать у молодежи чувство патриотического долга, верность военной присяге, боевому знамени и боевым традициям можно на основе идеологии белорусского государства. И здесь неоценимо значение героики Великой Отечественной войны, этого неисчерпаемого кладезя впечатляющих примеров мужества, стойкости, боевого товарищества. Это тем более важно, что территория Белоруссии свободно простреливается во всех направлениях мощными информационными потоками, в том числе и откровенно враждебными. Важно, чтобы наша молодежь хорошо понимала, за что боролись на фронте их отцы и деды. В нашем прошлом заключена огромная нравственная созидательная мощь советского патриотизма, сила единства нации.

Ревизия прошлого с оплевыванием героев и возвеличивание подлецов направлена на разрушение нации, народа, разрушение государства. К сожалению, эта программа была реализована в отношении СССР. Но и после разрушения Советского строя не прекращаются настойчивые попытки Запада принизить роль народов СССР в победе над фашизмом, отбросить Россию, Беларусь, другие республики СССР на обочину истории. Это явная попытка отвлечь внимание мировой общественности от совершенных и совершаемых США и НАТО преступлений: гибель десятков тысяч ни в чем не повинных людей в Югославии, Афганистане, Ираке и других горячих точках.

Пересматривать историю Великой Отечественной войны – весьма опасная затея. Кое-кто договорился до того, что пора-де прекратить петь дифирамбы советским полководцам и нашим Победам, что следует направить усилия ученых, историков на раскрытие причин поражения Красной Армии. Отмечая День Победы, многие СМИ даже не упоминают имя Верховного Главнокомандующего Иосифа Виссарионовича Сталина. Это все равно, что наполеоновские войны без Наполеона. Как без Наполеона не мыслим ни Мюрат, ни Даву, ни Нэй, так и без Сталина не мыслимы советские полководцы. Без Сталинского руководства не было бы ни Жукова, ни Конева, ни Рокоссовского, ни других полководцев. Сталин сыграл выдающуюся роль в Великой Отечественной войне. Он контролировал важнейшие нити народного хозяйства страны, проделал колоссальную работу по созданию стратегических резервов и материально-технических средств.

Сталин успешно осуществлял руководство фронтами, всеми усилиями страны. Умел глубоко проникать в существо дела и подсказывать военное решение.

Вот как оценивал И.В.Сталина бывший премьер-министр Великобритании «заклятый друг» нашей страны Уинстон Черчилль: «Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь.

Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестоким беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин, прежде всего, обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать и выражать мысли. Статьи и речи писал только сам, и в его произведениях всегда звучала исполинская сила. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов.

Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, непревзойденной, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был мастером находить в трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения. Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в моменты торжества был одинаково сдержан и никогда не поддавался иллюзиям. Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю.

Его влияние на людей неотразимо. Когда он входил в зал Ялтинской конференции, все мы, как по команде, вставали, и странное дело, почему-то держали руки по швам.

Это был человек, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставил даже нас, которых называл открыто империалистами, воевать против империализма.

Сталин был величайшим, не имеющим себе равного в мире, диктатором который принял Россию с сохой и оставил ее с атомным вооружением». (Из речи У.Черчилля в палате лордов 23.12.1959 г.)

Победа в Великой Отечественной войне – это победа социалистической политической организации Советского общества, его экономики, его идеологии.

Это нужно бы хорошо помнить нашим антисоветчикам утверждающим, что Победа достигнута вопреки советскому строю. Уже после первой крупной победы советских войск под Москвой посол Великобритании в СССР С.Криппс в своем дневнике 25 декабря 1941 г. записал: «Теперь после столь славной победы под Москвой никто не может утверждать, что советский режим является прогнившим или подрывающим жизненно важные основы Советской страны. Нет! Если бы не этот режим и все то, что сделано в этой стране за последние 20 лет, Гитлер, безусловно, сумел бы завоевать всю Европу, и наши шансы на победу равнялись бы нулю»

Десоветизация Великой Отечественной войны есть ни что иное, как стремление внедрить в массовое сознание лживый тезис, что это была война между двумя «тоталитарными режимами», и за ее развязывание ответственность в равной мере несут Гитлер и Сталин.

Ныне СМИ, даже государственные, пишут о Победе, но о какой Победе? Какой-то абстрактной. Но при этом боятся признать, что это Победа Советского Союза, что Победа была достигнута Советским народом и его Красной армией, Советской Армией. Что Победу обеспечило руководство коммунистической партии, возглавляемой И.В.Сталиным.

Нынешний юбилей Победы можно сравнить с последним окопом Великой Отечественной войны, который все еще обороняют ветераны. Пока еще слышны их голоса, пока их чествуют на «празднике со слезами на глазах», пока эти слезы еще не полностью высохли, есть надежда, что та война не перестанет быть в нашей памяти и Великой, и Отечественной.

Я не напрасно беспокоюсь,

Чтоб не забылась та война:

Ведь эта память – наша совесть,

Она, как сила, нам нужна.

Только не забывая о славных былых делах народа, извлекая уроки из прошлого, можно идти вперед. Память нужна не только тем, кто знает, как это было. Еще больше память о героическом прошлом нужна наследникам Великой Победы, чтобы гордиться своими предками, чтобы уважать и любить свой народ, Родину, а значит, и себя.